М. Н.  Свистунов

РОССИЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ И ПРАВОСЛАВИЕ: ДИАЛЕКТИКА ИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ

И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ

 

Вступив в XXI в., человечество все более задумывается над перспективами развития общества, культуры и цивилизации. Цивилизация — это итог достижений народа или народов в создании определенного социально-культурного образования и состояния с присущим ему типом бытия и жизнедеятельности людей, с характерными ценностными установками и ориентациями, духовными принципами и нормами образа жизни. Проблематика цивилизации актуализируется в силу того, что со второй половины XX в. на мировом уровне, прежде всего в капиталистических странах проявились острые черты цивилизационного кризиса — природоресурсного, социального, экологического, духовного, морального, гуманитарного, что отражается и на развитии российской цивилизации, прошедшей сложный и противоречивый тысячелетний путь развития. В конце XX в. цивилизационные процессы в России были отягощены болезненным вхождением российского общества в сферу рыночных отношений. В этих условиях важное место занимают процессы самоидентификации общества, осознания своей сущности, «самости» и места в современном мире. Россия ищет новые пути возрождения и подъема в условиях определенного социально-культурного оживления, наметившегося в первые годы нового столетия.

Особенность развития российской цивилизации, как и многих других, состояла в том, что ее формирование и становление происходило в определенной духовно-ценностной религиозной форме, под мощным влиянием Православия и Русской Православной Церкви. РПЦ как субъект исторического процесса проявила способность преображать общественное бытие на основах христианства и определять тем самым все сферы культуры народа и образ жизни людей. В то же время, например в XX в., российская цивилизация прогрессировала и в безрелигиозной, атеистической форме. Ныне полноценное цивилизационное развитие России немыслимо без преодоления социокультурного и духовно-нравственного кризиса и выяснения роли Православия в формировании прошлого, настоящего и будущего российской цивилизации.

Такова сложная диалектика взаимоотношения исторического развития российской цивилизации и присущей ей в определенные периоды православной религиозной формы. Раскрытие этой диалектики и составляет главный замысел данного научного исследования.

Особо следует остановиться на диалектике «русского» и «российского» в самом определении и развитии цивилизации в России. Освещение взаимодействия этнических и цивилизационных факторов в рамках полиэтнической общности требует особой аккуратности. Уникальность России состоит в том, что 15-16% нерусского населения по преимуществу компактно проживает на своих исторических землях, а частично разбросаны в диаспоре. Без русского основания, в том числе объединительной роли русского языка, российское общество не может существовать, но в то же время нет России без добровольного союза других исконных этноконфессиальных общностей, традиционно проживающих на ее территории. М.П. Мчедлов уместно отмечает, что в российской цивилизации, в отличие от северо-американского «плавильного котла», русский народ сыграл интегрирующую роль, выступая центром культурного притяжения не только для славянских, но и тюркских, финно-угорских и других народов. (Российская цивилизация. М.: Академический проект, 2003. С. 8). Можно даже сказать, что в цивилизационном аспекте русская культура в большей мере выступает общероссийской, чем сугубо этнической, и это привело к созданию великой русской культуры, снискавшей мировое признание.

Цивилизация определяется как созданная конкретным народом или рядом народов, как ее субъектами, своеобразная по типу объективная социально-культурная реальность, состояние, среда, характеризуемая диалектическим единством объективных и субъективных черт, а именно — определенным видом объективного бытия, жизнедеятельности людей, характеризующимся субъективно разделяемыми людьми специфическими социально-духовными ценностями, нравственными нормами, традициями и обычаями повседневной жизни. В центре цивилизации, равно как общества и культуры, — человек как личностный творец, а в совокупности — народ, народы, человечество как решающие субъекты цивилизации. Цивилизация начинается с народа, выражается в нем, развивается и прогрессирует благодаря народу;

Понятие религии раскрывается в конкретных явлениях, таких как мировоззрение, мироощущение, идеология, вера. В религии своеобразно соединены две черты: бытийно-онтологическая, взятая религией от реально сложившихся в жизни людей норм поведения, привычек, обычаев, нравов; и объясняюще-метафизическая в виде вводимых религией сверхъестественных, трансцендентных идей и воззрений. В религии соединены в единстве бытийно-онтологические и сверхъестественные, умозрительно-метафизические начала.

Религиозное мировоззрение покоится на четырех философских основаниях. Первое — описательный, созерцательный, сказательный подход к окружающему миру, без его подлинного объяснения и изменения. Второе — в центре религии находится Бог или боги, но не человек. Отсюда пронизывающий все религиозное мировоззрение культ Бога. Третье - наличие у религии собственной метафизической концепции о жизни человека в вечности, в том числе в «ином» мире. Четвертое — религиозная концепция о смерти и бессмертии, о возможности благодаря вере «загробной» жизни, жизни «на небесах», что как бы избавляет верующего от «страха смерти». Все эти вечные и высокие философско-нравственные проблемы в научно-светских учениях обстоятельно раскрываются как успешно решаемые и разрешаемые самим человеком посредством творческого созидания и самосозидания его бытия.

Религии в силу ее сущности присущ определенный взгляд на цивилизацию и на мир в целом — описательный, созерцательный, сказательный, непререкаемый, догматический, опирающийся на божественную предопределенность, т.е. провиденциализм.

Религиозные взгляды распространяются через систему социальных институтов — Церковь и другие религиозные организации, располагающие социальным слоем профессиональных деятелей — духовенства, священнослужителей и т.п. Именно Церковь объявляет себя особой властью и ставит себя над светской властью, подчиняя ее себе (как в Средние века), или, как в настоящее время, находится в солидарных отношениях с государственной, политической властью.

Для закономерностей развития цивилизации характерны следующие основные черты: 1) развитие происходит диалектически сложно, противоречиво, а не прямолинейно, в единстве объективного и субъективного, необходимого и случайного; 2) неравномерность развития цивилизации, прежде всего в условиях частнособственнического общества — как в первую очередь неравномерность развития самого субъекта цивилизации - народа и народов; 3) неравномерность времени и пространства, географического места и региона возникновения и развития цивилизаций; 4) сочетание диалектики непрерывности, постоянства, устойчивости и диалектики прерывности, приостановление развития и даже исчезновения ряда ранее возникших и расцветших цивилизаций; 5) закономерности развития цивилизаций в реальном историческом процессе оказываются вовсе не совпадающими с аналогичными объективно-субъективными закономерностями развития общества и культуры, которым присущи свои особенности и специфика; 6) развитие цивилизации характеризуется наличием восходящих и нисходящих линий развития. К главным восходящим линиям развития общемировой, человеческой цивилизации относятся: эпохи Возрождения или Ренессанса XIV-XVI вв., Реформации, эпоха Просвещения XVII-XIX вв, эпоха научно-технической и многих других научно-преобразующих прогрессивных революций XX в; 7) эпоха Просвещения получила в России в XVII-XIX вв. собственное творческое и культурно-цивилизационное развитие в трудах выдающихся русских мыслителей, философов, писателей, причем даже более радикальное и решительное в разработках и деятельности представителей революционно-демократического направления; 8) цивилизационный подъем в России, нацеленный на обеспечение материально-культурного прогресса и социальной справедливости людей и народа, стал более радикальным и действенным в XX в., поднялся на качественно более высокую ступень благодаря использованию достижений научно-практических революций, если оценивать данный период научно и объективно, непредвзято и беспристрастно. СССР по уровню экономического развития занял первое место в Европе и второе место в мире после США, превратился из страны и цивилизации аграрной в индустриальную, космическую и ядерную, из преимущественно деревенской — в преимущественно городскую, из неграмотной — в грамотную и образованную, с передовой наукой, культурой, системой образования и здравоохранения, заботящихся о массах людей.

Развал СССР и ликвидация социализма со всеми его идейно-социальными установками в последнее десятилетие XX в. привели к глубочайшему не только экономическому, но и духовному, ценностно-нравственному кризису. Российская цивилизация оказалась без объединяющих идей и ценностей, в духовном вакууме. Выход попытались найти в России в бурном «религиозном возрождении» конца XX — начала XXI вв., прежде всего посредством Православия. Но полностью закрыть духовную брешь религиозными верованиями не удалось. Для многих, особенно представителей властных структур, Православие стало просто новой «идеологической модой», к которой следовало приспособиться. Но религиозный «бум» не сделал большинство российского населения более моральным, гуманным, благородным. Наоборот, в эти годы в Россию из США и всего Запада была целенаправленно выброшена и свалена вся грязь и все отбросы западной «цивилизации», что способствовало развращению и растлению населения, особенно молодежи. В результате мощный научно-рациональный потенциал российской цивилизации был существенно ослаблен и подорван. Отбросив все прошлые социальные и духовные идеи, идеалы и ценности, в России за два последних десятилетия так и не смогли «найти» и обрести объединяющую массы людей и народа «национальную идею», ибо такого рода идеи рождаются только в самом сплоченном народе, а не преподносятся сверху.

XXI в. поставил перед Россией и российской цивилизацией важнейшую проблему будущего, перспектив развития. Православие исходит из того, что только религия и вера в Бога, «просвященный патриотизм» обеспечат спасение России и ее будущее. Но в действительности успешное развитие российской цивилизации в XXI в. требует, во-первых, целого комплекса, системы мер и направлений, и, во-вторых, нового курса и качественно новых стратегических линий прогресса. Движение к прогрессивному будущему должно включать три главных и взаимосвязанных составляющих. Первая — комплексное и системное развитие российской цивилизации: мощный подъем экономики и культуры, сильное демократическое государство, одухотворяющая идея, высокие духовные и нравственные ценности, в распространении которых свое место займет и религия; социальные ценности, объединяющие и направляющие действия масс людей — неверующих и верующих — к общей цели процветания страны; упрочение принципа социальной справедливости и социального благополучия, преодоление пропасти между богатством и бедностью; обеспечение единства народа во имя осуществления общего дела подъема цивилизации; укрепление сотрудничества и дружбы народов России. Вторая составляющая - выдвижение новых приоритетов и новых принципов возвышения цивилизации: человек и гуманизм. Третья составляющая — новые прогрессивные цели, новые ориентиры, новые идеи и идеалы для выведения российской цивилизации на качественно более высокий уровень прогресса. Помимо известных альтернатив развития в виде капитализма, социализма, смешанного общества, учеными и практиками предложены и другие возможные левые варианты, левые сценарии прорыва цивилизации в будущее: новый социализм, свободная ассоциация свободных людей, цивилизм.

Прогрессивное будущее российской цивилизации может быть обеспечено органическим сочетанием комплексно-системного прорыва вперед с новыми гуманными приоритетами и принципами развития, с новой благородной целью, идеей и идеалом прогресса, которые в совокупности способны придать российской цивилизации качественно новый, привлекательный и притягательный образ. Новое будущее России должно быть нацелено на приоритеты и цели человека, справедливости, свободы и гуманизма.

Цивилизация являет собою созданную конкретным народом, людьми определенную и своеобразную материально-культурную и социально-духовную среду обитания и жизни, как результат освоения данным народом в рамках конкретных регионов и определенных исторических условий мира природы и общества. Цивилизация характеризуется специфическим типом бытия и жизнедеятельности народа (народов) с присущими ему традициями и образом жизни, своеобразными и отличительными духовно-социальными ценностями повседневного поведения и нравственными нормами жизни.

В основе цивилизации заложены пять главных составляющих, делающие ее своеобразным историческим явлением и отличающим ее от общества и от культуры, но вместе с тем опирающимся на их достижения. Это - субъектно-народная составляющая, общественно-материальная, культурная, духовно-нравственная (религиозная), повседневно-бытийная, реализующие себя в том или ином типе поведения людей.

Зрелую, сложившуюся цивилизацию отличает духовное единство населения. Исторически сложилось так, что его первооснову составляет религия. Почти все исследователи связывают известные им цивилизации с мировыми религиями. Большинством ученых, среди которых Н.Я. Данилевский, А. Тойнби, Э. Дюркгейм, А. Смит, Л.Н. Митрохин, С. Хантингтон и др., было признано, что качественные отличия цивилизаций обусловлены не только материальными, природно-климатическими факторами, но в значительной мере религией, верованиями народов. Религия освящает фундаментальные социальные связи общества, что придает социальным группам целостность, пронизывает искусство, философию, сферу управления, повседневную деятельность людей.

Применительно к России необходимо развести употребляемые в научной (частично и в религиозной) литературе четыре основные понятия: «русская цивилизация», «российская цивилизация», «советская цивилизация», «социалистическая цивилизация».

«Русская цивилизация» — это характеристика цивилизации по основополагающему, коренному народу, ее создавшему - русскому народу, всегда составляющему подавляющее большинство населения страны. Вместе с тем и по первичному названию общества и государства — именно «Русь», а не Россия. Характерно, что А. Дж. Тойнби (1889-1975) в двенадцатом томе своего основного труда «Постижение истории» среди 28 развившихся цивилизаций назвал и «русскую цивилизацию».

Определение «российская цивилизация» применяется в соответствии с названием общества и государства с конца XV в. и употреблялось наряду с названием «Русь». С XVI в. государство стало называться Российским царством, с 1721 по 1917 гг. — Российской империей, после Октябрьской революции— Российской Советской Федеративной Социалистической Республикой (РСФСР), с 1992 г. — Россией, Российской Федерацией.

Название «российская цивилизация» применительно ко всей истории страны мы считаем научно обоснованным, как сквозное и постоянное историческое понятие, учитывая то, что в процессе исторического развития Россия реально включала в себя помимо основного и коренного русского народа многие другие народы и народности — большие и малые, славянские и неславянские, при этом с различными религиозными взглядами и конфессиями (православными и отличными от православия).

Понятие «советская цивилизация» применяется к периоду развития страны с 1917 по 1991 гг. В его основу положен качественно новый тип государственной власти — «советской власти», «власти Советов» как выборных представительных органов власти. Но тип власти, во-первых, не является определяющим признаком цивилизации, хотя и оказывает существенное влияние и воздействие на ее существенные черты и тенденции развития. В этот период, несомненно, российская цивилизация приобрела новые качественные черты и характеристики. Вместе с тем, во-вторых, и в данный период российская цивилизация сохранила в основе свои важнейшие качественные характеристики и черты. Прежде всего, материально-культурные основы, которые, конечно, были на базе доставшихся от предшествующих времен существенно умножены и развиты как продолжение роста материально-культурного потенциала прежних периодов российской цивилизации. Далее, и в советский период у народа сохранились прежние традиционные социально духовные и нравственные ценности их бытия, жизнедеятельности, образа жизни в виде приоритетов коллективизма, товарищества, взаимообщения и взаимопомощи, доброты и отзывчивости, сердечности и духовности, гуманной человечности. Многие из этих традиционных духовно-социальных положительных качеств были углублены и расширены. Позитивные качества цивилизационных черт российского народа не исчезли, а получили дальнейшее развитие и упрочение. Поэтому научно обоснованным является обозначение исторической ситуации в России в 1917-1991 гг. не как отдельной самостоятельной «советской цивилизации», а как российской цивилизации в советский период ее развития.

Подобный же диалектический подход следует применить и к объяснению понятия «социалистическая цивилизация», которым обычно обозначается развитие российской цивилизации в условиях социалистического общественно-политического строя. В основу выделения «социалистической цивилизации» положен критерий нового общественно-политического строя страны — социализма. Понятно, что он, как новый тип власти, существенно повлиял на качественное проявление основных черт российской цивилизации, но не мог их полностью отбросить или свести на нет, ликвидировать. Диалектика взаимодействия цивилизации и общественно-политического строя здесь та же, что и диалектика взаимоотношения цивилизации и типа государственной власти, политической системы. В этом случае цивилизация в чем-то качественно видоизменяется, приобретает новые, особенные, своеобразные черты, но не меняет своего существа, коренных и основополагающих характеристик. Иначе нельзя было бы объяснить, как и почему, на какой основе и почве после ликвидации «социалистической цивилизации» снова появляется и продолжает развиваться российская цивилизация.

Таким образом, из всех применяемых в научной литературе в отношении исторического опыта России понятий — «русская», «российская», «советская», «социалистическая цивилизация» — автор считает именно термин «российская цивилизация» с научной точки зрения наиболее точным и объективно обоснованным понятием, характеризующим ее как исторически сквозное и непрерывно проявляющее себя явление, реальность, состояние, сохраняющее при всех качественных видоизменениях на определенных исторических этапах свои базовые, коренные материально-культурные и социально-духовные черты и характеристики.

Вместе с тем указанные черты и характеристики цивилизации представляют собою не нечто застывшее и мертвое, а в ходе исторических изменений, революционных потрясений, реформистских перемен заметно развивающееся, наполняющееся новым содержанием и своеобразием, и в определенной степени модернизирующееся под влиянием современных тенденций и существенных сдвигов в развитии общества, культуры, науки, особенно в условиях конца XX – начала XXI вв.

К середине XVIII в. сложился достаточно обширный массив этнографических сведений, позволивших зафиксировать три уровня развития народов — дикость, варварство, цивилизацию. В качестве критериев цивилизации философы-просветители XVIII в. указывали: торжество разума, успехи просвещения и науки, распространение принципов гуманизма, взаимное уважение и справедливость в отношениях между отдельными людьми и народами. Таким образом, в цивилизации усматривался высший взлет человеческого духа. Что же касается сопровождавших цивилизацию негативных явлений: насилия, пороков, социального неравенства, — то они объявлялись наследием варварства и должны были быть преодолены последующим прогрессом сознания.

С XVIII в. понятие «цивилизация» прочно входит в словарь историков и философов, и с этого же времени начинают формироваться различные теории цивилизации и представления об их духовных и материально-вещественных компонентах. Одновременно зарождается традиция противопоставления понятий «культура» и «цивилизация». В цивилизации подчеркивается важность обновления. Она олицетворяет собой прежде всего материально-технический опыт человечества, а культура — духовный, научный и художественный.

В XIX в. весьма распространенным становится понимание цивилизации через количественное накопление тех факторов, которые возвышают цивилизованное общество над доцивилизованным. Так, в 1827 г. вышли «Принципы философии» Дж.-Б. Вико и «Мысли о философии человечества» Й. Гердера, а Г. Гегель в «Философии истории», опираясь на свой закон вечного изменения и развития, стремился показать, при каких условиях тот или иной народ может внести свой вклад в развитие определенной цивилизации, а при каких государство и народ обречены на гибель.

Вышедшая в 1877 г. книга Л.Г. Моргана «Древние общества, или исследование пути человеческого прогресса от дикости через варварство к цивилизации» впервые обозначила, что понятие цивилизации применимо к характеристике определенных стадий в развитии человечества. В качестве цивилизационного рубежа он предложил ориентироваться на повышение продуктивности хозяйства, дальнейшее разделение труда, социальное расслоение общества, развитие ремесла, торговли, образование городов, монументальное строительство, письменность и т.д. Это моргановское положение было затем использовано в марксистской социологической концепции о развитии и смене общественно-экономических формаций как естественно-историческом процессе.

Впервые К. Маркс и Ф. Энгельс ввели в свой научный оборот слово «цивилизация» в ранних произведениях, относящихся к 1843 г., и постоянно его уточняли и развивали. Вслед за Л.Г. Морганом, они представляли цивилизацию как ступень в развитии общества, следующую за дикостью и варварством. Цивилизация рассматривалась ими как длительный период социального развития отдельных народов и мира в целом, характер которого определяется господствующими производственными отношениями. Становление новой буржуазной цивилизации они связывали с эпохой первоначального накопления капитала, появлением антагонизма между сословиями и классами, углублением разделения труда и функционированием законов, отражающих сущность классовых отношений. Идея о том, что коммунизм — новый тип цивилизационной системы, содержится уже в их ранних работах.

Становление и сущность западноевропейской буржуазной цивилизации принципиально иначе, чем марксизм, раскрыл немецкий философ и социолог Макс Вебер. Он исходил из того, что «буржуазия» в сословном смысле существовала и до возникновения западного капитализма, становление которого связано, в первую очередь, с развитием науки и техники и порожденными ими новыми возможностями, прежде всего, рационализмом, характерным для западной культуры. Важнейшую роль в ее развитии сыграли рационализм техники, права, экономики, а также «способность и предрасположенность людей к определенным видам практически рационального жизненного поведения». А способность и предрасположенность западноевропейцев к рациональному жизненному поведению формировались протестантизмом. Таким образом, по М. Веберу, протестантская религиозная этика, наряду с рациональной наукой и техникой, структурой права и управления, является важнейшим фактором становления и развития капитализма в Европе. Таковы существенные коррективы, привнесенные М. Вебером в социально-экономическую теорию К. Маркса и Ф. Энгельса.

В России появление понятия «цивилизация» относится к XIX в. и связано с проблемой исторической судьбы русского народа, поставленной в споре западников и славянофилов по поводу места России в мировом сообществе. Западники, отталкиваясь от первого «Философического письма» П.Я. Чаадаева, однозначно отождествляли цивилизацию вообще с западноевропейской цивилизацией. Славянофилы подчеркивали национальное своеобразие России и тот факт, что России исторически не по пути с Европой.

Большое значение в этом споре имела теория культурно-исторических типов Н.Я Данилевского, изложенная им в книге «Россия и Европа» (1869), во многом предвосхитившая идеи О. Шпенглера. По его мнению, прогресс не составляет исключительной привилегии Запада или Европы, а застой — Востока и Азии. Каждая цивилизация, будь то восточная или западная, — это замкнутая социокультурная макросистема, имеющая внутренний механизм функционирования. Данилевским доказывалось, что цивилизации подчиняются собственному внутреннему ритму: они рождаются, расцветают, стареют и умирают. Каждая цивилизация проходит эти стадии разновременно. Тем самым им отвергалась возможность ранжирования типов цивилизационного устройства по принципу «выше-ниже», «лучше-хуже».

Естественно, русские мыслители, сторонники цивилизационного подхода к истории наций должны были ответить на вопрос: является ли Россия самостоятельной цивилизацией или частью какой-то иной цивилизации? Н.Я. Данилевский, например, считал русскую цивилизацию основой восточно-славянского культурно-исторического типа, идущего на смену западно-европейскому (романо-германскому). Он особо анализирует процессы становления славяно-русского культурно-исторического типа, у которого, по его мнению, великое будущее. Основанием для такого прогноза явилось то, что мировое сообщество начинает признавать славянство с его могучим духовно-нравственным потенциалом, чей феномен стоит в одном ряду с эллинизмом, латинством и европеизмом. Славяне собственными усилиями, при активном противодействии Запада, сумели создать свою самобытную цивилизацию.

Принципиальное значение имеют религиозные воззрений на цивилизацию. В религии осуществлено своеобразное соединение бытийно-онтологического, сверхъестественного, умозрительно-метафизического. От практики человеческой жизни в религиозные взгляды и учения вошли ценности и правила повседневной жизни, нравственные, моральные нормы поведения людей, отчего данные религиозные взгляды оказались близкими и понятными людям в их реальной трудовой жизни со многими ее заботами и тяготами. В то же время над этими повседневными тяготами и заботами возвысилась эмоциональная, иррациональная вера в стоящий над бренным и скоротечным земным миром сверхъестественный, божественный мир, не объяснимый, а принимаемый на веру как духовная благодать и духовное спасение.

Религия выступила в нескольких проявлениях как: мировоззрение, религиозная система взглядов на мир в целом и на место человека в нем, определенная совокупность идеалов и убеждений, обусловливающих поведение и образ жизни людей; определенное мироощущение, то есть восприятие мира преимущественно в чувственно-эмоциональной и образной религиозной форме; идеология, где наряду с определенными взглядами проповедуется вполне определенная совокупность идей и концептуальных представлений о мире и обо всех духовных процессах в общественной жизни; вера, то есть принятие человеком, людьми религиозных утверждений и учений без необходимости требования их доказательств и рациональных обоснований, просто «на веру».

В этом плане религиозная вера кардинально отличается от знания, противостоит научному знанию, а религия существенно отличается от науки, фактически противоположна ей, будучи идеалистической по природе и содержанию. Вера имеет субъективную, иррациональную, в то время как знание — объективную, рациональную основу. Знание нацелено на беспристрастное раскрытие сущего, истины («мир по истине») в отличие от только чувственного восприятия окружающего («мира по мнению»). На базе систематизации объективных знаний формируется и развивается наука как основанное на изучении фактов и объективной реальности объяснение существующего мира природы, общества, цивилизации, человека, процессов их развития и взаимодействия.

Религиозные воззрения опираются на определенные основы философского характера. Религиозное мировоззрение и вероучение не получило бы своеобразной привлекательности и притягательности, если бы не обращалось к фундаментальным основам и вопросам человеческого бытия, к вечным и вековым проблемам смысла жизни и пребывания человека на Земле, к проблемам соотношения сиюминутности, скоротечности человеческого бытия и вечности, жизни и смерти, смерти и бессмертия. Это великие и вечные философские проблемы, и религия, претендующая на целостное вероучение, на целостное и цельное мировоззрение, не могла не коснуться их, не положить их в основу своих учений.

Можно выделить четыре главные философские основания религиозного мировоззрения. Первое выражено в важнейшем философском вопросе — в подходе к объяснению окружающего мира: Вселенной, Земли, общества, культуры, человека, жизни, самой религии. Данный подход у религии в содержательном и методологическом плане описательный и созерцательный, своего рода сказательный. Религия не дает рационального, научного объяснения мира, изменения его и не имеет намерения изменять реальный земной мир людей и народов. Она предлагает лишь созерцательное описание мира, своеобразное сказание о мире и примирение с ним, каким бы он ни был: благополучным или не очень, хорошим или плохим для людей, справедливым или несправедливым, гуманным или антинародным, либеральным или диктаторским.

Второе философское основание религии состоит в том, что в центре ее находится Бог (боги), но не человек, как это имеет место и составляет существеннейший критерий и признак цивилизации, общества и культуры. Культ Бога лежит в основе всех религиозных воззрений и представляет существенную черту всякой религии. Любой культ — политический (вождя), религиозный (Бога) — подавляет личность человека, ограничивает его свободу, отчуждает человека от самого себя. Культ Бога требует почитания его, поклонения ему, покорности и подчинения.

Для религии человек — это всего лишь «раб Божий». Религия и церковь требуют от человека послушания, поклонения, преданности, покорности, подчинения и повиновения Богу. Причем поклонения в переносном и в прямом смысле слова высшему Божеству, стоящему над человеком и всеми людьми. А что остается самому человеку? В основном только вера и надежда на последующую вечную жизнь на небе.

Третье философское основание религии заключается в наличии у нее собственной концепции о жизни человека и вечности, в стремлении своеобразно ответить на всегда волнующие человека постоянные и «вечные» вопросы о смысле жизни, высших ценностях и нравственных ориентирах, с которыми ему хочется и следует соотносить свою жизнь, бытие.

Л.Н. Митрохин подчеркивал, что «...религия — это нечто более сложное и значительное, чем просто «невежество» и недостаток научных знаний... религия, вера в Бога затрагивает какие-то фундаментальные основы человеческого бытия...». Специфику религиозного сознания он усматривал в его «способности к трансцендированию, к выходу за пределы чувственно осязаемой реальности и признании иного («сверхъестественного», «небесного», «горнего») мира, существ, ценностей - проще говоря - Бога или богов». (Митрохин Л.Н. Религия и культура. Философские очерки. М.: Институт философии РАН, 2000. С. 280-281, 192). В религии, как в науке и в искусстве, писал А.М. Ковалев, «человек и общество в целом находят смысл и цели своего существования, не сводимые к повседневным бытовым потребностям. Она предполагает культ, то есть действия, призванные утверждать и возобновлять связь с принятыми сверхценностями». (Ковалев A.M. Способ духовного производства в структуре общества: идеи, размышления, гипотезы. М.: Изд-во МГУ, 2001. С. 237).

Четвертое философское основание религии, касаемое важнейшей проблемы смерти и бессмертия, отвечает на постоянно волнующие людей вопросы, что их ждет после смерти, что ожидает «за гробом». Ведь если и земная жизнь тяжела и полна страданий, и после этой жизни для человека «там» ничего нет, то зачем вообще жить. Другое дело, если для верующего жизнь оказывается не простым ожиданием смерти, а подготовкой к будущей вечной жизни в радости и покое. Как отмечал Л.Н. Митрохин, верующие уверены, что именно в религии они «избавляются от страха смерти».

Однако бессмертие, как и вечность, достигается и осуществляется не посредством веры в «загробную жизнь», а самим человеком, благодаря его творчеству, целенаправленной деятельности, проявления энергии и воли. Именно этим человек, понимая, что сам он смертен, оставляет след в жизни и как бы переносит себя в вечность, бессмертие. Л.Н. Толстой писал: «Если разуметь жизнь загробную в смысле второго пришествия, ада с вечными мучениями, дьяволами, и рая - постоянного блаженства, то совершенно справедливо, что я не признаю такой загробной жизни...». (Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. Т. 34. М.: Художественная литература, 1952. С. 248-249). Для него предназначенье человека — не просто готовить себя к загробной жизни, а активно проявлять себя в жизни земной делами и творческой деятельностью, вести активную жизнедеятельность в реальной земной жизни. Люди обладают достаточной силой, чтобы реализовывать себя постоянно в деле и оставлять это сотворяемое дело и после ухода из жизни.

Философские основания религии обусловливают определенный характер ее взглядов на цивилизацию и на мир в целом. Данным взглядам присущи три основные черты. Первая — описательность, созерцательность, сказательность. В религиозных взглядах на цивилизацию фактически отсутствует стремление проникнуть в глубину и сущностную причинность цивилизационных процессов, выявить за внешним явлением его диалектическую сущность. Это фактически иллюзорное представление о цивилизации.

Вторая черта религиозных взглядов на цивилизацию — их непререкаемость и безапелляционность, догматизм. Цивилизационная «истина» известна религии с самого начала, здесь нет сомнений, поисков и метаний, как это имеет место в науке. Не ставится вопроса о сложной диалектике объективного и субъективного, необходимого и случайного в цивилизационном процессе. «Строго», непререкаемо и безапелляционно излагаются исторические пути цивилизации.

Третья черта — полная божественная предопределенность всего цивилизационного развития, так называемый провиденциализм. В христианстве основы данного провиденциалистского описания исторического и цивилизационного процесса были заложены церковным деятелем и богословом Аврелием Августином (354-430) в его труде «О граде Божьем». В нем вся история человечества представлена как один, единый процесс, в котором происходит взаимодействие «двух градов» — земного и небесного, божьего. Вся история понимается и описывается как проявление воли Бога, осуществление заранее предусмотренного божественного плана «спасения» человека. Здесь нет места никакой альтернативности исторического цивилизационного развития, не допускается никакая возможность отклонений в нем, субъективно-объективного выбора пути или даже вариантов общественно-цивилизационного развития человечества. Все заранее и до конца точно предопределено и расписано с начала до конца. Такой подход присущ всем трем главным теистическим религиям — иудаизму, христианству, исламу.

Целостного анализа цивилизации и процессов ее развития в религиоведческой литературе нет, но само ее понимание насыщено преимущественно религиозно-духовным содержанием. Важным событием стало появление «Основ социальной концепции Русской Православной Церкви», принятой Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в августе 2000 г. Впервые в своей тысячелетней истории Русская Православная Церковь представила официальную концепцию по широкому кругу общественно-значимых социальных, политических, духовных, научных и иных проблем, характеризующих уровень западной и русской (российской) цивилизаций. Хотя и до этого социальные проблемы, вопросы цивилизационного развития российского общества широко рассматривались в трудах и выступлениях религиозных деятелей, богословов, философов и публицистов. Достаточно напомнить «Слово о законе и благодати» митрополита киевского Иллариона (XI в.), идеи праведности и единения преподобного С. Радонежского (XIV в.), рассуждения Нила Сорского о «нестяжательстве» (XV-XVI вв.), письма старца Псково-Печерского монастыря Филофея с изложением доктрины «Москва - третий Рим» (XVI в.), деятельность митрополита московского Филарета (XIX в.), критику русскими религиозными философами (B.C. Соловьевым, В.В. Розановым, С.Н. Булгаковым и др.) отрицательных черт как капитализма, так и социализма с позиций христианского гуманизма и т.д.

Православная концепция цивилизации опирается прежде всего на «святоотеческую» традицию, разработанную в трудах «отцов Церкви» - христианских писателей II-VIII вв. - Василия Великого, Григория Нисского, Иоанна Дамаскина и др. Они с особым вниманием относились к вопросам не общественной, а религиозно-индивидуальной жизни. В центре их внимания идея личного спасения, противопоставление верующего окружающему его обществу.

Выдающиеся представители раннего славянофильства - И.С. Аксаков, братья И.В. и П.В. Киреевские, А.С. Хомяков, Ф.М. Достоевский и ряд философов второй половины ХIХ в. выявили отличительные черты российской цивилизации, сложившиеся под влиянием Православия: духовность как нравственную основу понимания добра и справедливости; собственность как результат труда, а не капитала, обмана и стяжательства; труд не как проклятие, а как добродетель и нравственное деяние; отрицание стяжательства или, что то же, преобладание моральных мотивов жизни над материальными; нравственное, а не материально-техническое понимание прогресса, при котором его критерием выступает «преображение души», нравственный рост человека.

Они же указали и ряд признаков, отграничивающих западную цивилизацию от российской, православной. Это, например, так называемая «технизация» общества, ведущая к установлению мирового единообразия и к мировому господству; вытеснение духовно-культурных ценностей материальными благами; индивидуализм и безрелигиозность; наконец, отвлеченный рационализм, абсолютизирующий роль логического мышления и отвлекающий человека от всего в мире, кроме его собственной личности. Не случайно, как считал известный славянофил И.В. Киреевский, культ тела и культ материального благополучия на Западе получил идеологическое оправдание именно в рационалистической философии и привел к обезличиванию человека. В своей логически завершенной форме рационализм — это знание, отделенное от нравственного начала.

По логике клерикалов, христианская цивилизация — это не столько плод усилий людей, сколько «дар Божий». Чем выше уровень веры, считают они, тем полнее развитие христианской цивилизации в жизни общества. Отсюда православную концепцию цивилизации можно определить как совокупность вытекающих из веры в сверхъестественное религиозно-духовных ценностей, преобразующих как душу, так и общество на христианских началах. Лишь религиозно-нравственный уровень общества является критерием цивилизованности. Поэтому одной из задач Русской Православной Церкви является наращивание усилий по религиозно-духовному обновлению населения России с тем, чтобы придать современным формам жизни христианский характер.

Но, входя в сферу религии, следует принимать во внимание и то обстоятельство, что вера, религия занимают свою определенную нишу в духовной жизни общества, хотя оказывают влияние и на другие области общественной жизнедеятельности. В цивилизации религия проявляет себя в определенной части духовных ценностей, ориентации, устремлений людей, то-есть в тех, которые носят религиозный характер и выражение. Иные же духовные ценности, нормы поведения, стили жизни отражают духовные установки и моральные принципы, не имеющие религиозного характера. Тем самым цивилизационные ценности и нормы бытия людей могут быть связаны, а могут и не быть связаны с религиозными мотивами, принимать или не принимать религиозные формы и окраску. В этом реальная диалектика проявления общих цивилизационных ценностей в истории.

Как подтверждает исторический опыт развития человечества, возникновение и развитие цивилизаций осуществляется по собственным, внутренним законам и закономерностям, независимо от имеющих место затем религиозных форм их проявления. Цивилизации возникают и складываются на вполне определенных объективных основах и в определенных объективных условиях, как-то: географические условия и природно-климатическая среда, материально-культурные и социально-культурные основы и условия, выражающиеся в достаточно высоком уровне целостности развития общества, способах жизнеобеспечения, развитых отношениях собственности и социально-классовой дифференциации общества. Что касается российской цивилизации, то она сложилась после объединения земель Северо-Восточной и Северо-Западной Руси в единое Московское государство к концу XV - началу XVI вв. В дальнейшем ход и развитие цивилизаций подчиняется объективным естественно-историческим законам и закономерностям.

Закономерности развития цивилизации зачастую не совпадают с закономерностями развития общества и культуры, хотя эти закономерности тесно взаимосвязаны и влияют друг на друга. Действительно, в основе развития общества лежат прежде всего экономические законы, направленные на обеспечение жизнедеятельности людей, а для закономерностей развития культуры решающим условием выступает уровень и качество культурно-творческой деятельности людей, ее массовость, поощрение культурно-созидательной деятельности со стороны властвующей элиты, светских и религиозных кругов. Поэтому периоды подъема общества зачастую не совпадают с периодами расцвета и возвышения культуры. Разумеется, на закономерности развития цивилизации существенное влияние оказывают закономерности развития общества и культуры, с которыми тесно связана цивилизация. Но особенности и своеобразие цивилизационного развития во многом определяются состоянием и качеством духа людей, их ценностными ориентациями, типом их бытия, народными традициями и обычаями, характером человеческих взаимоотношений. Законы становления и развития цивилизаций определяются, главным образом, собственными причинами, а именно, состоянием и качеством главного субъекта цивилизации — народа или группы народов, наличием у них жизненной силы и энергии, воли и целенаправленности, выносливости и трудолюбия, взаимоподдержки и сплоченности в общем созидательном труде. Если все это есть, то цивилизации становятся жизненными, устойчивыми, прогрессирующими. Таким образом, при тесном взаимодействии и взаимовлиянии закономерностей развития общества, культуры и цивилизации последняя заключает в самой себе стимул развития и прогресса.

Законы развития цивилизации в их диалектическом проявлении характеризуются восходящими и нисходящими линиями развития. Российское общество, имеющее сложную историческую судьбу, изобилует блестящими взлетами, но и трагическими срывами. Трижды распадалось российское государство и, тем не менее, находило в себе силы преодолевать кризисные состояния и вновь объединять народы в Московское православное государство, Российскую империю и Советский Союз. Перед такой же исторической задачей стоят и современное российское общество и российская цивилизация, которой вполне по силам справиться с этой задачей.

Историческая практика позволяет сделать вывод, что ход цивилизационного развития подчиняется не только логике действия внутренних законов и закономерностей, но и целому ряду внешних естественно-природных условий. Географический фактор, природно-климатические условия России наложили серьезный отпечаток на всю российскую цивилизационную конструкцию. В частности, их давление повлияло на государственное устройство, особенности хозяйственной жизни, бытоустройство, склад характера, менталитет русского народа и т.д.

Н.А. Бердяев отмечал связь между географией природной и географией душевной. Не только российская, но и любая другая цивилизация является организмом, где в неразрывном единстве сливаются культурные и природные составляющие. История России свидетельствует, что с учетом суровости русского климата наиболее жизнеспособной оказалась моральная установка на аскетизм, самоограничение, смирение. Эти черты русской ментальности, обусловленные внешней средой и закрепленные Православием, воплотились в образе жизни и идеологии российского общества. Православная религия, обращая внимание человека прежде всего на самого себя и призывая к постоянному памятованию собственных грехов, умеряет осуждение других, делает его добрее и умнее, заставляет иначе смотреть на мир.

Цивилизация, развиваясь по своим собственным объективным законам, в то же время в своих культурно-ценностных, духовно-мировоззренческих проявлениях принимает различные формы: как религиозные, так и не религиозные, светские, научно-рациональные, как это было, например, в социалистический период российской цивилизации. Тем не менее, исторически сложилось так, что до возникновения и распространения науки преобладающей формой мировоззренческо-ценностных взглядов народа была религия.

В эпоху Средневековья с IV по XV вв. центральным познавательным постулатом было понятие Бога, с которым соотносились все культурные и общественные ценности. Христианство и Православие, в частности, выступило как форма и проявление ценностных ориентации и убеждений, мировоззрения, познавательных идей, практического поведения и образа жизни народов. Можно обоснованно утверждать, что в своем целостном виде религия выступила как своеобразная форма культуры, а, следовательно, и форма цивилизации. В цивилизационном развитии России Православие определило «общую матрицу русской культуры», ее «содержательное поле» (Л.Н. Митрохин). В России именно Православие составило важную отличительную форму российской цивилизации, начиная с ее первых шагов, стало неотъемлемым элементом ее становления и прогресса. Православная форма российской цивилизации нашла яркое выражение в историческом акте Крещения Руси.

Это отправное событие придало в дальнейшем неповторимый, самобытный характер политическим, экономическим, духовным, культурным и нравственным основам российского общества. Ослабление рабства, возвеличивание труда, утверждение моногамии, освящение княжеской власти, подъем нравственного уровня народа — все это явилось следствием деятельности молодой Киевской митрополии. Через сочинения своих служителей: летописи, «Слова», «Поучения», «Жития святых» - Церковь идеологически обосновала вхождение Руси в круг христианских государств. В целом можно сказать, что в историческом плане Православие явилось, по свидетельству философа И.А. Ильина, объединяющим центром, вокруг которого исторически сформировались основные сферы российского общества: государственность, политика, быт, хозяйственная жизнь, нравственность, духовные идеалы. После этого процесс развития российской православной цивилизации можно охарактеризовать как ее становление и естественное расширение до границ Российской империи начала XX в. (Российская историческая политология. Ростов-на-Дону: Феникс, 1998. С. 454).

Сам процесс расширения российской цивилизации осуществлялся в немалой степени благодаря ее духовной силе и влиянию на соседние племена, но отнюдь не военной силой. Именно русская духовная мощь помогла организовать и сплотить вокруг себя другие народы, подавляя противников и соперников силой добра и справедливости. Коренной принцип внешней политики Московского царства — «а мы за вас стояти и от сторон беречи хотим» — эффективно способствовал расширению государственной территории и приносил народам внешний мир и внутреннюю стабильность.

Православие как этнокультурная доминанта российской истории определяло не только зримые черты образа жизни русского народа, но и его культуру. Даже в тех случаях, когда по каким-либо причинам (чаще всего политическим) российское общество отступало от ценностей христианства, последние, тем не менее, продолжали присутствовать в русской культуре и оказывали свое воздействие на общество вопреки сложившимся условиям. Христианское содержание затронуло русскую культуру не только в поверхностном (осознанном) слое, но и проникло вглубь, располагаясь в непосредственной: близости к бессознательному, «между инстинктом и разумом». Так, русская литература XIX в. при наличии сильного западного влияния, тем не менее, оказалась подлинно русской и во многом православной. В этом отношении показательно творчество А.С. Пушкина, прошедшего путь от безбожия к христианству. Из христианского нравственного идеала черпали вдохновение и силу Гоголь и Достоевский, Тютчев и Фет, Глинка и Мусоргский, Суриков и Иванов, Хомяков и Соловьев. Таким образом, духовность как сущностная сторона российской цивилизации — не умозрительное мудрствование, а, как показали русские летописцы, святители и великие представители русской культуры, — высокое нравственное чувство милосердия, сострадания, правды и высшей справедливости: жить по душе, достойно, по совести.

По нашему мнению, православная хозяйственная этика ограничила материальные стимулы труда нравственной аскезой. Важную роль в этой сфере стали играть ценности и категории долга, совести, взаимопомощи и другие нравственные качества. Именно с преобладанием духовно-нравственных ценностей связано нестяжательство, чувство меры как в потреблении, накопительстве, так и в самом труде. Точно так же нравственными рамками ограничивали богатство и частная собственность. Внедрялись нравственные постулаты о том, что плоды частной собственности не должны быть исключительным достоянием отдельных лиц. Обязанность богатых — смотреть на свое имущество как на достояние всех, чтобы они могли делиться им со своими собратьями в случае нужды. Богатство и частная собственность должны иметь чистые источники, а именно — труд. Собственность как функция капитала, а не труда, не вызывала уважения и не считалась справедливой.

Русская модель хозяйственного развития относилась к общинному типу экономики, главными формами которой были сельская община и трудовая артель, а высшими духовными ценностями — идеал коллектива, коллективизм, с которыми связывались представления о правде и ладе, преобладании обязанностей над правом. Самобытные особенности организации труда и производства предусматривали преобладание моральных форм понуждения к труду над материальными. Как писал священномученик Владимир, митрополит Киевский и Галицкий, «вера учит нас смотреть на труд и работу не только как на дело необходимости и невольного принуждения, но как на нравственный долг, в исполнении которого мы обязаны дать отчет Богу. Труд в том состоянии и призвании, в которое Бог поставил человека, есть именно то его земное назначение, которое дано нам Богом. Хотя эта наша работа иногда и приносит тяготы и болезни, но христианин знает, что Бог сказал: «в поте лица твоего будешь есть хлеб свой» (Быт. 3,19). Христианин совершает свой труд по совести, как обязанность, возложенную на него самим Богом». (Цит. по: Экономика русской цивилизации. М.: Родник, 1995. С. 362-363). Но для сохранения социального мира из этого же должны исходить и богатые хозяева, если они христиане. Они смотрят на своих работников как на своих равноправных братьев, к которым и относятся с полной справедливостью и любовью.

Православию, как и всем религиям, а также организациям их представляющим (Церкви), свойственна противоречивая роль в цивилизационном развитии. Наряду с преимущественно положительным влиянием на ход развития российской цивилизации, а для этого достаточно вспомнить о духовно-объединительной и интегрирующей роли Православия и Русской Православной Церкви, имели место и многочисленные примеры отрицательного воздействия Русской Православной Церкви на цивилизацию, культуру и общество. Это проявилось прежде всего в консерватизме и догматизме религиозных концепций о мире и человеке, обернувшихся на практике религиозным фанатизмом, неприятием позитивных изменений и преобразований, особенно радикального характера, будь-то социальные, научно-технические, промышленные или культурные революции. Известный русский историк В.О. Ключевский отмечал, что свою местную обрядность православная церковь признавала «неприкосновенной святыней, а свое религиозное понимание нормой и коррективом боговедения». (Ключевский В.О. Соч. в 9-ти т. Т. III. М.: Мысль, 1988. С. 279).

Вплоть до настоящего времени Церковь отрицает понятие цивилизационного прогресса, сводя его к внешним формам существования человечества, и заменяет его нравственным ростом людей, «преображением души». В условиях России неблаговидная роль Церкви с точки зрения общества выявилась главным образом в послепетровское время (с первой трети XVIII до начала XX вв.), когда церковь стала представлять собою часть государственного аппарата, «духовную коллегию», выполнять несвойственные ей идеологические функции и тем самым играть роль защитника самодержавия. Естественно, что с началом XX в. она разделила участь самодержавного Российского государства.

Особенно жестокой и деспотичной по отношению к верующим в случае их отступления от религиозных догматов была католическая церковь в Средние века. Католическая инквизиция в странах Европы, созданная папством в ХШ в. для борьбы и истребления «еретиков», просуществовала до середины XIX в. и за это время на кострах и в застенках инквизиции погибли сотни тысяч невинных людей, причем последнее сожжение произошло уже в 1826 г. в Испании. Эрих Фромм писал: «Трагедия всех великих религий заключается в том, что они нарушают и извращают принципы свободы, как только становятся массовыми организациями, управляемыми религиозной бюрократией. Религиозная организация и люди, ее представляющие, в какой-то степени начинают занимать место семьи, племени и государства. Они связывают человека, вместо того, чтобы оставить его свободным, и человек начинает поклоняться не Богу, но группе, которая претендует на то, чтобы говорить от его имени. Это случилось во всех религиях». (ФромМ Эрих. Психоанализ и религия. «Сумерки богов». М.: Политиздат, 1989 С. 199).

В середине 80 - начале 90-х гг. ХХ в Россию поразил духовный кризис и, как следствие, произошла активизация религиозных и дорелигиозных взглядов в обществе. 0Причиной этого стал слом мировоззренческой и идеологической системы, появление духовного «вакуума» и поддержанное государством стремление православной Церкви заполнить этот «вакуум» христианской верой, церковно-православной идеологией, православным мировоззрением. Директивный атеизм сменился убеждением, что только Вера — единственный источник и oплот подлинной духовности, а Русская Православная Церковь единственное воплощение духовных и социальных ценностей российской цивилизации и самой национальной идеи России.

Так называемый «религиозный Ренессанс» России, начавшийся с периода «перестройки», привел к быстрому росту количества верующих. Число зарегистрированных религиозных объединений за 1985-1990 гг. увеличилось почти вдвое, а численность верующих повысилась с 10 до 30%, а затем и до 40% в 1992 г. В настоящее время, по данным Русской Православной Церкви, число верующих составляет около 60% населения. (Свистунов М.Н. Вера и Россия: XX век. Белгород: ИПЦ «Политерра», 2003. С. 43). Усилилось влияние и других конфессий, прежде всего ислама (мусульманства), а также иудаизма и буддизма, не говоря уже о менее широких конфессиях и всякого рода религиозных мистических лжеучениях и иррациональных сектах.

Анализ изменений в духовной жизни России в последние 15 лет позволяет сделать вывод, что реального крупного поворота в эти годы в духовно-социальных и нравственных ориентациях людей не произошло. Во многом была лишь прорелигиозная имитация и показуха. Итоговым результатом «религиозного бума» стало искреннее восприятие Православия лишь определенной частью людей, для большинства же посещение церквей стало внешним выражением их приспособления к насаждаемой религиозности. Увеличился поток проповедей оккультизма, теософии, астрологических назиданий.

Искусственно насаждаемая религиозность в определенной степени ослабила мощный научно-рациональный потенциал российской цивилизации, заложенный ею в XIX-XX вв., что обернулось для сегодняшней России ростом внимания к религии, интуиции, социальным утопиям, религиозно-нравственному опыту Востока. С сожалением приходится констатировать, что, растеряв привлекательные, солидные, рациональные духовно-социальные идеи, Россия так и не обрела пока новую духовно-социальную основу, могущую стать опорой российской цивилизации, объединить и сплотить российский народ. Россия неизменно придет к этому, но не вдруг, а в итоге свободного исторического творчества по созиданию своей собственной судьбы.

На протяжении более чем тысячелетней истории России сотрудничество государственной власти и Церкви принимало различные формы. Развитие государства осуществлялось по принципу двуединства светской и духовно-религиозной власти, государства (царь) и Церкви (митрополит, патриарх), существующих автономно, но равно отстаивающих православные ценности и безопасность Руси. Это своего рода «симфония» властей — мирской и православной. Данная «симфония» Царства и Священства в духе византийских традиций существовала на Руси с конца X по конец XVII вв., а затем была нарушена в ходе преобразовательной деятельности Петра Великого, в частности, в результате его церковной реформы.

С этого времени общество постепенно отходит от ценностей, сформулированных в допетровской Руси церковными просветителями, и им на смену приходят другие светские просветители-патриоты, революционные демократы с их атеизмом. Государство обретает статус высшей политической и моральной ценности, а высшими доблестями становятся гражданские добродетели. Доктрина «Москва - третий Рим» заменяется общественным идеалом «великой России». Этот укореняемый идеал составил идейный стержень послепетровской России и сохранил свое значение в XIX в., в советскую эпоху и вплоть до настоящего времени.

За последние 20 лет в России произошел существенный сдвиг в сторону образования теснейших связей, своеобразного «союза» государственной власти с православной Церковью и главами других религиозных конфессий. Начало этому процессу было положено в 1987 г. принятием Закона «О свободе совести и религиозных организациях», согласно которому Церковь обрела статус юридического лица и вокруг нее была создана более либеральная обстановка. Уже через десять лет РПЦ имела 18 тыс. приходов, 134 епархии, более 300 монастырей, 5 духовных академий, 20 семинарий и сотни православных гимназий.

Эти и другие факты свидетельствуют об активном стремлении Церкви утвердиться в сфере гражданской политики и светской культуры. Можно даже говорить о нарастающей тенденции клерикализации общества, причем наиболее активно действует Русская Православная Церковь, встречающая поддержку со стороны государства. В наиболее обобщенном виде эта тенденция проявляется в настойчивой пропаганде тезиса-призыва «Без религии у России нет будущего!». Конкретно, например, он выражается в попытке Церкви реализовать свое право не только на воспитание молодежи, но и на ее образование путем насаждения конфессиальной «теологии», в развитии богословия, могущего составить конкуренцию и светской философии, и гражданской истории. Сферами сотрудничества («соработничества») Церкви и государства становятся: миротворчество внутри страны и на международной арене; забота о сохранении нравственности в обществе; нравственное, культурное, патриотическое образование и воспитание; дела милосердия и благотворительности и др.

Исторически в мире и в России Церковь (как и другие религиозные организации) всегда была с властью как с господствующей политической силой и, соответственно, с господствующими общественными классами. Церковь всегда прежде всего с властью. Из истории известно, что власть редко бывает властью самого народа или «для народа». Чаще всего государственная власть — это «власть над народом» или «власть против народа». У Церкви вполне определенное место в цепочке: «власть - церковь - народ».

Но в истории человечества Церковь не всегда была только с государственной властью. В Средние века католическая церковь была даже над светской, государственной властью, подчиняла ее себе, диктуя ей курс и линию государственного, политического поведения. Вот почему пришедшая к государственной власти, начиная с XVI в., буржуазия сломала и ликвидировала это господство церкви над властью, подчинила себе католическую церковь, но осталась с нею в союзе и сотрудничестве.

Ныне в России Русская Православная Церковь составляет духовную опору власти, а власть оказывает ей социальную, материальную и духовную поддержку. В годы президентства Б.Н. Ельцина и при В.В. Путине власть не только передала («возвратила») РПЦ огромные общенациональные, общенародные имущественные богатства в виде земель и зданий, но и всячески «одаривала» ее всевозможными исключительными «благами»: разрешением заниматься безналоговыми коммерческими делами; снятием налогов на недвижимость; предоставлением массы всевозможных льгот, которые никому кроме церкви не давались; выделением больших государственных средств для реставрации церквей, церковных комплексов и храмов; даже предоставлением за счет государства пенсий священнослужителям.

РПЦ снова стала весьма крупным собственником-землевладельцем. Церкви безвозмездно переданы земельные участки, находящиеся под зданиями и сооружениями церковного назначения. Понятно, что и РПЦ не остается в долгу и верно служит делу поддержки престижа государственной власти.

Взаимоотношения науки и религии как духовных скреп цивилизации всегда носили и носят характер противоречия, соревнования и конфронтации. Причем историческая тенденция и закономерность таковы, что чем более в ходе цивилизационного развития укрепляла и расширяла поле своего влияния наука, тем более она теснила религию, отодвигала на второй план, уменьшая сферу ее мировоззренческого влияния на людей. Религия и Церковь были фактически вытеснены наукой на периферию жизни общества.

Наука в человеческом обществе стала набирать силу с XIV в., особенно благодаря эпохам Возрождения (Ренессанса), Реформации и Просвещения. Реформация разорвала церковное единство Европы, и к XVII в. антиклерикальные выступления достигают своего пика, подготавливая появление собственно атеистических концепций, прежде всего французских материалистов XVIII в. Затем на почве эволюционной теории возникают различные формы естественнонаучного атеизма, сделавшего конец XIX в., по выражению американского историка, «эпохой пыток для веры». Это время расцвета разрушительного для теологии позитивизма О. Конта, Д. Милля, Г. Спенсера, агностицизма Т. Гексли, монизма Э. Геккеля, различных форм вульгарного материализма, бескомпромиссного безбожия К. Маркса, «натурализма» Д. Дьюи и других критиков религии.

Дальнейшему расцвету науки в XIX-XX вв. способствовали условия развивающегося и набирающего силу и мощь прагматического капитализма и социализма, успехи научно-технической и новых технологических революций. В академических кругах окрепло убеждение в окончательном торжестве рационализма и научного знания, в скором наступлении «иррелигиозного будущего», несущего людям избавление от социального зла. Казалось бы «человечество научилось справляться со всеми важными вопросами, не обращаясь к Богу» (Д. Бонхеффер), о чем свидетельствовали научные открытия последних десятилетий XX в. в области естественных и технических наук.

В условиях спада своего влияния религия в последние десятилетия встала на путь существенных изменений и обновлений в содержании и характере религиозных концепций, в самой деятельности Церкви. РПЦ совершила поворот к актуальным проблемам современности, достижениям современной науки, необходимости решения острых социальных проблем современной цивилизации с учетом научных достижений. Не случайно многие религиозные деятели, особенно после II Ватиканского Собора, стали говорить о поддержке так называемого «двухмерного человека», «двухмерной культуры», имея в виду сочетание в духовном мире человека рациональных и религиозных взглядов на мир.

Наука и религия в рамках отечественной культуры и цивилизации продолжают развиваться во взаимодействии, в то же время конфликтуя друг с другом и отстаивая собственные позиции. По мнению Церкви, рациональная картина мира не может быть «полной и всеобъемлющей» без религиозного мировоззрения. «Только совмещение духовного опыта с научным знанием дает полноту видения. Никакая социальная система не может быть названа гармоничной, если в ней существует монополия секулярного миропонимания». (Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. Служба коммуникации ОВЦС МП. С. 79).

Можно предположить, что и в дальнейшем в России наука и религия каждая по-своему выражая и распространяя ценности и духовные ориентиры российской цивилизации будут развиваться во взаимодействии, перенимая ценное друг у друга, не замыкаясь в косности и догматизме, а приспосабливаясь к потребностям времени. Но у науки в этом все же намного больше ресурсов, проверенных знаний, навыков, творческих потенций и сил для успеха, у нее реальные возможности для движения и приближения к самому важному и главному для людей и народов — к абсолютной рациональной, научной истине о смысле жизни, о ходе истории, о настоящем и будущем, о бессмертии и вечности, чем у религии с ее «Истиной веры».

В российском обществе с начала 90-х гг. на почве религиозного «бума» широкое распространение получила, инициируемая русским Православием, идея и концепция о том, что именно вера в Бога может послужить основой «духовного возрождения России и реанимации самобытности отечественной культуры» (Л.Н. Митрохин), гарантией ее благополучного будущего. Такого рода односторонний подход к возможностям религии и Церкви стать единственным средством прорыва России в будущее весьма сомнителен.

В подъеме России и российской цивилизации не следует преуменьшать значения науки, роль которой велика не только в понимании общей картины мира, но и в обеспечении нравственного и материального процветания народов. Ныне внутри российского общества главный рубеж пролегает не столько между верующими и атеистами, сколько между реакционерами, эгоистами и преступниками, с одной стороны, и патриотами, людьми долга и чести, с другой.

Помимо нравственного и духовного возрождения громадную роль для будущего российской цивилизации имеет и социальное возрождение, ориентация людей на высокие социальные цели, дополняемые в то же время сильной экономикой, основанной на достижениях современной НТР, и развитой культурой. В сумме это непременные условия благополучного будущего российской цивилизации. При этом нельзя упускать из виду и внешнюю ситуацию, сложившуюся в рамках мировой цивилизации и ознаменованную чертами системного кризиса, особенно в странах капиталистического мира: сырьевого, социального, экологического, духовного, человеческого, гуманитарного.

Ныне цивилизация в России, как и современная мировая, нуждаются в существенном обновлении и содержательной перестройке. Необходимо движение к качественно иной цивилизации, новой по природе и сущности. Именно так ставят вопрос многие современные ученые и исследователи. По мнению В.В. Ильина, новая политическая доктрина «Возрождение России: новый курс» предполагает консолидацию всех здоровых, ответственных социальных сил во имя и на благо великой, преуспевающей, процветающей России». (См.: Ильин В.В., Ахиезер А.С. Российская цивилизация: содержание, границы, возможности. М.: Изд-во МГУ, 2000. С. 120).

Но что может обеспечить новизну и новое качество российской цивилизации? На наш взгляд: а) комплексность и системность движения к качественно иной цивилизации; б) новые приоритеты и принципы создаваемой цивилизации; в) новые идеи, ориентиры и идеалы цивилизации будущего. Разумеется, что значительная роль при этом в формировании и отстаивании складывающихся духовных и нравственных ценностей будет принадлежать Православию и Русской Православной Церкви.

Возрождение России упирается и в «русский вопрос», решение которого зависит от русского и российского национального единства, которое связано с проблемой «собирания русской нации, отвоевания русского информационного пространства и воссоединения всех славянских народов России» (В.К. Бакшутов).

Но к какой цели должна двигаться российская цивилизация? На этот счет существует несколько точек зрения. Первая представлена Русской Православной Церковью с ее идеей «просвященного» (от слова «святость») патриотизма. Одухотворенный христианством патриотизм ни для кого не опасен, поскольку нравственный идеал Евангелия способен предохранить патриотическое чувство и мысль от крайностей. Эта объединительная идея, органичная нашему прошлому и не исключает тех, кто принадлежит к нехристианским религиям, равно как и тех, кто ищет нравственную мотивацию в светском гуманизме. Что касается будущего общественно-государственного и экономического строя России, то Церковь не может предложить конкретную модель такого устройства, но с точки зрения Священного Писания он должен воплощать справедливость и братские начала жизни, где легче всего борьба со злом и где личность поставлена в наиболее благоприятные условия для своего духовного роста.

Вторая точка зрения представлена концепцией «нового социализма», аргументированная Б.П. Курашвили в его книге «Новый социализм» (1997). Ее сущность сводится к тому, что этот социализм многоукладный, небюрократический, государственно-самоуправленческий, демократический и планово-рыночный. Третий вариант будущего российской цивилизации — это «цивилизм», предложенный и обоснованный академиком B.C. Нерсесянцем. Суть его в переходе «от достояния всех вместе» к собственности каждого в отдельности. Тем самым, социалистическая собственность будет преобразована в индивидуализированную, гражданскую. Сложившийся на этой основе «постсоциалистический» строй и следует назвать цивилитарным. С этой точки зрения, социализм — не историческая ошибка и не впустую затраченное время, а предпосылка к переходу на более гуманную ступень развития мировой цивилизации.

Есть и другие концепции, как, например, «социогуманизма», предложенная С.М. Мироновым, председателем Совета Федерации Федерального Собрания РФ, но все они ориентированы в конечном счете на человека, справедливость, свободу и гуманизм. Ориентируясь на эти приоритеты, российская цивилизация в XXI в. способна стать наиболее прогрессивной, передовой и привлекательной в составе мировой цивилизации.